Читать книгу - "Семь бед и змеиный завет - Дарья Акулова"

под ногами дно. Айдар и Нурай забегают в воду, помогают нам окончательно выбраться на сушу. Я, не выпуская кобыз, падаю на спину, пытаюсь отдышаться и смотрю на посветлевшее небо: гроза закончилась, но тучи ещё не все ушли.

– Что там случилось, Инжу? – спрашивают у меня ребята.

Слеза сползает к виску, а потом к уху. И я, собравшись с силами, говорю:

– Я убила деда Коркыта.

Глава 28. Касание смерти

Огонь в костре пытается согреть меня, но пока не выходит.

Я сняла всю мокрую одежду, накинув на себя лишь чудом оставшуюся сухой старую рубаху с въевшимся пятном жёлтой крови шимурына. После ливня почти все наши вещи вымокли. Шапан Айдара оказался лишь немного влажным, поэтому он накинул его на меня, а я с радостью запахнула полы, закутавшись. Надеюсь, что небо прояснится в ближайший час и солнце согреет всех нас и высушит. Волосы пахнут сыростью, я распустила их, чтобы быстрее просушить. Нурай заворачивает в ткань камни, нагретые на огне, а потом подсовывает под меня. Я подбираю под себя ноги, чтобы поставить стопы на эти камни.

Арлан снял рубаху, выжал её и развесил на ближайшей ветке рядом с моими вещами. Остался лишь в нижних штанах и даже не дрожит, не то, что я. Протягивает мне пиалу с горячим чаем. Я высовываю руку, чтобы взять напиток, случайно дотрагиваюсь пальцами до его пальцев и вздрагиваю, тут же смотрю на них – нет ли зелёного следа?

– Всё хорошо. – Арлан пытается улыбнуться.

– Нет, – мотаю головой я. – Не прикасайтесь ко мне на всякий случай. Вдруг…

– Этого не будет.

– Я не знаю, как это контролировать! Я не хочу, чтобы кто-нибудь из вас погиб от меня так же, как…

Тенгри всемогущий, я убила Коркыта. Я убила легендарного мудреца, провидца и наставника баксы!

Арлан садится на колени напротив меня. Я поджимаю ноги, чтобы отодвинуть себя от него, но он всё равно кладёт ладони на мои плечи. Я пытаюсь высвободиться в страхе, что сейчас мой яд попадёт на него, но он не отпускает.

– Ты держала его голую руку своей, без перчаток. Через ткань точно ничего не будет.

Это всего лишь его предположение. Я не хочу ему навредить. Точно так же, как не хотела вредить Коркыту. Я даже не знала, что могу так!

Это всего лишь его предположение. Но пока он меня держит, с ним действительно ничего не происходит. Не изменяется цвет кожи, не втягиваются щёки и дыхание такое же спокойное и ровное. Как же мне сейчас хочется, чтобы он…

– Обними её, – вдруг говорит Айдар, и мы все удивлённо смотрим на него.

Друг чуть смущается, но прокашлявшись, повторяет:

– Обними её, чтобы быстрее согрелась.

Но Арлан медлит, как и я. Земля, на которой я сижу, вдруг становится очень твёрдой и неудобной, чудится, будто все камни разом впились в мою кожу. Как и шапан Айдара, который как-будто стал слишком колючим. Меня заливает жар.

– Бросьте, я всё знаю, – отмахивается он, пытаясь улыбнуться, но получается плохо.

– О Беркут, – вздыхает Нурай.

– Айдар… – Я должна что-то сказать? Должна ведь? Почему я не нахожу слов?

– Инжу, всё нормально. Я…

Айдар вскакивает с места.

– Брат. – Арлан поднимается вслед за ним, но тоже не знает, что сказать.

– Я в порядке, правда. – Айдар выставляет руки перед собой, не давая Арлану подойти к нему, прячет глаза. – Просто давайте все быстрее согреемся, а потом подумаем, что делать со всем этим дерьмом!

Он вспылил, но тут же осознаёт это, резко разворачивается и уходит. И Арлан идёт за ним. Мы остаёмся с Нурай. Мне стыдно смотреть ей в глаза, и я просто делаю глоток чая.

– Я давно это поняла, – вдруг говорит она, и у меня по спине пробегает холодок. – С тех пор, как увидела его лицо, стоит ему только лишь взглянуть на тебя.

Мне хочется исчезнуть, что я и делаю. Шапан и пиала пропадают вместе со мной, но тут, в невидимости, тепло от огня чувствуется слабее. Пусть. Лишь бы Нурай меня не видела.

– Инжу, – неожиданно ласково говорит она. – Не прячься.

– Я не знаю, что сказать, – отвечаю я.

– Ты ищешь слова, чтобы оправдаться?

– Да.

– Они не нужны.

– Ещё как нужны. Мне стыдно, я слишком быстро сдалась, бросила Айдара. Ведь я должна была остаться рядом с ним, я обещала. Ему ведь тяжело…

– А тебе не тяжело?

Я молчу. Нурай права, я пыталась справиться со всем этим: с кошмарами, с магией, с моей чешуёй, с состоянием Айдара, с видениями. Я хотела справиться со всем, но я не справляюсь. Я тяжело вздыхаю.

– Слишком много всего, – бубню я из невидимости. – Слишком запутано.

– А по-моему, всё просто, – улыбнувшись, говорит Нурай и садится рядом со мной, хоть и не видит. – Ты незамужняя девушка, он неженатый парень. Вы много времени проводите вместе. Ерлик, мы буквально живём вместе: спим, едим, тренируемся и попадаем в неприятности! И ах, какие искры между вами на тренировках…

– Прекрати.

Нурай смеётся.

– Я знала, что так будет. Знала с того самого первого дня с вами, когда я услышала, как он назвал тебя змейкой.

– Нурай.

– Всё-всё, молчу. А вы с Волком в курсе, что обнимались прямо у нас на глазах?

– Что?!

– Перед тем, как ты хотела броситься в реку на поиски Коркыта.

Я осознаю. Действительно. И теперь мне ещё больше не хочется ей показываться.

– Мы хотели это скрывать, пока…

– Пока?

– Не знаю. Я просто очень сильно переживаю за Айдара, – снова вздыхаю я. – Он мне дорог, я не хочу делать ему больно.

– Правда делает больно, но ложь делает больнее, когда вскрывается, ведь так?

Что-то изменилось в её весёлом голосе. Что-то, что меня настораживает, но она тут же говорит:

– Айдар большой мальчик, справится. У него есть ты, и Арлан, и…

Она вдруг тоже встаёт.

– Я пойду, пройдусь. Волк возвращается.

Смотрю в сторону берега, куда он ушёл вслед за Айдаром. Тучи рассеиваются не так быстро, как я хотела, солнце уже клонится к горизонту, и тепла от него всё меньше. Но как же Арлан прекрасен в его лучах.

Умай, спаси меня.

Я снимаю покров невидимости, когда он подходит ближе и садится со мной.

– Что? – спрашиваю.

– Ничего. Сейчас я обниму тебя и ты согреешься.

– Я не об этом, – говорю. – Я имею ввиду, как там Айдар? И надень что-нибудь, пожалуйста. Чтобы не было контакта с моей кожей.

Арлан щупает рубаху на ветке, а потом надевает её. Не уверена, высохла она или нет, потому что когда я прижимаюсь щекой к его груди, всё ещё чувствую прохладу. И всё же расслабленный выдох вырывается из моих лёгких. От Арлана тепло, как от самого жаркого очага.

– Всё хорошо, змейка. Мы поговорили.

– Что он сказал?

– Сказал, чтобы я берёг тебя, иначе он отвалит Нурай крупную сумму, чтобы она перерезала мне горло во сне.

Я смеюсь. Смеюсь и плачу. Арлан прижимает меня к себе сильнее.

– Я люблю тебя. Но и Айдар для меня не пустое место. Он мой друг и…

– …если бы ты стала баксы-Беркутицей, ты бы вышла за него замуж.

– Я не это хотела сказать!

Я толкаю его в живот, и теперь смеётся он. Слышу, как стучит его сердце, и мне так хорошо, но мрачные мысли снова возвращаются.

– Я теперь убийца, Арлан? – спрашиваю, когда мы немного посидели в тишине, наслаждаясь близостью и теплом друг друга, которые теперь не нужно скрывать. Только как теперь целовать его и при этом не убить?

– Нет, конечно нет.

– Но после моего прикосновения он умер.

– Коркыт умер, потому что пришло его время. Он ведь сам сказал тебе, что живёт уже слишком долго.

– Не явись к нему я со своими дурацкими вопросами, он прожил бы ещё дольше.

– Они не дурацкие. Ты пытаешься узнать, какова твоя цель. А его время уже давно подошло к концу. Настало твоё.

– Мне страшно.

– Я буду рядом, обещаю.

***

Нурай